ЕСЛИ БЫ СТИВ ДЖОБС ЖИЛ В РОССИИ

(страницы истории нашего предприятия)

 

«Нет пророка в своем отечестве»
Евангелие от Матфея, гл. 13, ст. 57

 

Недавно (в 2011 г.) на вершине своей славы умер легендарный Стив Джобс, изобретатель айфона, создатель облика современных компьютеров и автор множества революционных IT-технологий. Размышления о его судьбе и его гениальных изобретениях, изменивших мир, привели к появлению этой статьи, в которой я опишу ранее неизвестные события, которые имели место в СССР и в России примерно в то же время, когда Стив Джобс успешно творил и продвигался к  вершине своей славы. Вы узнаете почему в России нет компьютеров  собственного производства, хотя советские компьютеры значительно превосходили зарубежные. Автор этой статьи в настоящее время является одним из руководителей проекта ракеты нового поколения, которая, как и советский компьютер значительно превосходит все зарубежные прототипы. История многому учит – может быть, новая российская ракета не повторит печальную судьбу советского компьютера?

 

Далее описаны две судьбы двух коллективов изобретателей, работавших одинаково успешно в своих странах, но имевших не равные условия для своего творчества. При этом данная история не закончилась в 90-х годах, после небольшого перерыва она имеет продолжение и в настоящее время.

 

1. Путь к успеху - краткая биография американского изобретателя

 

Стив Джобс (Steven Paul Jobs) родился 24 февраля 1955 года. Его родителями были незарегистрированные в браке студенты Висконсинского университета: уроженец Сирии Абдулфатт Джандали и Джоан Шибле из католической семьи немецких эмигрантов. Поскольку родственники Джоан возражали против их отношений, а находившейся при смерти отец и вовсе пригрозил лишить её наследства, ей пришлось уехать рожать к частному врачу в Сан-Франциско и затем отдать ребёнка на усыновление. Мальчик был усыновлён Полом Джобсом и американкой армянского происхождения Кларой Джобс, урождённой Агопян (Clara Hagopian). Пол работал в финансовой компании CIT. В свободное время в семейном гараже он ремонтировал старые машины на продажу, чтобы заработать на образование Стива. Пол также старался привить сыну любовь к профессии автомеханика. Это занятие не пришлось Стиву по душе, но через автомобили отец познакомил его с азами электроники. Вместе они разбирали и собирали радиоприёмники и телевизоры, и в результате Стив заинтересовался и увлёкся подобной техникой. Клара Джобс работала бухгалтером в Varian Associates — одной из первых хай-тек-компаний, позже вошедших в состав Кремниевой долины. Она научила Стива читать, прежде чем он пошёл в школу.

Вывод: Будущий гений не имел богатых родителей, и у него не было протекции для продвижения собственных разработок. В своем движении к успеху он мог рассчитывать лишь на собственные силы и существующую в стране экономическую систему.

В школьные годы Стив общался с инженером Ларри Лэнгом, жившим по соседству со старым домом Джобсов. Лэнг привёл Стива в научно-исследовательский клуб компании Hewlett-Packard. «На занятие приглашали инженера из какой-нибудь лаборатории, он приходил и рассказывал, над чем сейчас работает» — вспоминал позже Джобс. Здесь же Стив впервые увидел персональный компьютер 9100A, который произвёл на него огромное впечатление. Участники кружка работали над собственными научными проектами, и Стив решил собрать цифровой частотомер. Когда для реализации замысла ему понадобились детали, производимые Hewlett-Packard, тринадцатилетний Джобс, недолго думая, позвонил домой главе компании, Биллу Хьюлетту. В результате он получил не только нужные детали, но и работу на конвейере в HP, благодаря личному приглашению Хьюллета. Кроме этой работы, возбуждавшей зависть сверстников, Стив разносил газеты, а в следующем году служил на складе в магазине электроники Haltek. К пятнадцати годам у Джобса уже был первый собственный автомобиль — двухцветный Nash Metropolitan.

 

Первый настоящий бизнес-проект Джобс осуществил ещё во время обучения в школе. Джобс подружился со своим одноклассником Биллом Фернандесом, который тоже интересовался электроникой. Фернандес познакомил Джобса с увлекавшимся компьютерами выпускником, настоящей «легендой» школы, Стивеном Возняком (также известным как «Воз»), старшим его на пять лет. В 1969 году Воз с Фернандесом начали собирать небольшой компьютер, который они прозвали «крем-содовым» и показали Джобсу. Так Стив Джобс и Стив Возняк стали лучшими друзьями. В сентябре 1971 года Возняк, который к тому времени уже давно учился в университете, узнал из журнала «Esquire» о неких «телефонных фриках», которые научились взламывать телефонные коды и совершать бесплатные звонки по всему миру. Захват телефонной линии осуществлялся с помощью звуковой имитации тонального сигнала определённой частоты. Затем нужно было набрать номер, также через имитацию вызова в тональном режиме.

Сначала друзья развлекались, названивая в разные уголки мира и устраивая розыгрыши. Однако вскоре Джобс осознал коммерческий потенциал их изобретения. Они организовали кустарное производство и успешные продажи «синих коробочек» среди студентов и местных жителей, хотя этот бизнес был незаконным и довольно рискованным. Сначала изготовление одной «коробки» обходилось примерно в 80 долларов, но затем Возняк сделал печатную плату, позволявшую изготавливать сразу по 10-20 «коробок», и себестоимость одной штуки упала до 40 долларов. Готовые «коробочки» друзья продавали по 150 долларов за штуку, доход делили поровну. Всего они сделали и успели сбыть около сотни «коробок» и неплохо заработали. Бизнес было решено прекратить после пары неприятных инцидентов с потенциальными покупателями и полицией. Вероятно, история с «синими коробками» убедила Джобса, что электроника может не только доставлять радость, но и приносить хороший доход. Эта же история заложила принципы их будущего сотрудничества: Возняк ради блага человечества изобретает очередную гениальную штуку, а Джобс придумывает, как её оформить и преподнести на рынке, чтобы хорошо заработать.

Проект «Apple»: В феврале 1974 года Джобс устроился техником в молодую компанию Atari в Лос-Гатосе (Калифорния). Компания занималась производством видеоигр и уже имела в своём активе один абсолютный хит — аркадный симулятор Pong для двоих игроков. Джобс, получая 5 долларов в час, стал одним из первых пятидесяти её сотрудников. В Atari Джобс занимался в основном доводкой игр «до ума», выдвигая интересные и оригинальные предложения по дизайну. Однако там его сразу невзлюбили за высокомерие и неопрятный внешний вид. Но основателю и главе Atari Нолану Бушнеллу Стив понравился, и он перевёл Джобса на работу в ночную смену, сохранив перспективного сотрудника. В середине 1974 года Джобс отправился в Индию в поисках духовного просветления:  По убеждению он был настоящим философом.

5 марта 1975 года состоялось первое собрание группы энтузиастов, называвших себя «Клубом самодельных компьютеров» (Homebrew Computer Club). Члены клуба собирались в Менло-Парке, в гараже Гордона Френча, безработного инженера. Все они также были инженерами и «фанатами» компьютерной техники, объединяло их желание изменить бытующее представление о компьютерах, как об очень дорогих и громоздких устройствах, требующих в использовании специальных навыков. Внедрение новых технологий в жизнь простых людей предполагалось через пропаганду самостоятельного проектирования и кустарного изготовления компьютеров.

Как и в случае с «синими коробочками», Джобс довольно скоро завёл разговор о коммерческом потенциале новых изобретений. Джобс также обратил внимание, что члены клуба активно работают над чертежами, но до рабочих моделей проекты, как правило, не доводят из-за недостатка времени и навыков. Тогда Стив предложил продавать в клубе готовые печатные платы, то есть взять самую сложную часть работы на себя, а покупателю оставалось бы по готовым чертежам припаять к плате чипы. По расчётам Джобса производство одной платы обходилось бы в 20 долларов, а продавать их он собирался вдвое дороже. Этот бизнес требовал не менее 1000 долларов стартовых вложений, которые могли окупиться после продажи 50 единиц товара. Хотя в клубе было уже около 500 членов, но многие из них были сторонниками модных готовых решений, вроде Altair 8800. Поэтому Стиву и Возняку пришлось приложить немало усилий для развития своего проекта.

Чтобы собрать стартовую сумму, Джобсу пришлось продать свой «хипповый» микроавтобус Volkswagen T1 и пересесть на велосипед, а Возняк сбыл с рук одну из главных своих ценностей — микрокалькулятор HP-65. Из вырученных средств Джобс заплатил около 600$ знакомому сотруднику Atari за создание принципиальной схемы печатной платы, которую потом можно было бы отдать в серийное производство. В январе 1976 года первая партия плат поступила в распоряжение компаньонов.

Оставалось зарегистрировать фирму, и можно было приступать к реализации товара. Но сначала нужно было определиться с названием будущей компании. Джобс как раз вернулся из Орегона, с «Единой фермы» (All-One Farm) Фридланда. Эта ферма на самом деле была настоящей хипповской коммуной. Стив там подрезал яблони и даже сел на яблочную диету, став фрутарианцем. В Лос-Альтос он возвращался абсолютно счастливым. Возняк встретил его в аэропорту и отвёз на машине в город. По дороге они подбирали название для будущей компании, так как на следующее утро уже нужно было подавать документы на её регистрацию. Джобс предложил «Apple Computer». Название звучало забавно, энергично и не страшно. Слово «apple» (яблоко) смягчало серьёзное «компьютер». К тому же в телефонном справочнике это название оказалось бы перед Atari. Компания была зарегистрирована 1 апреля 1976 года…

На очередном собрании «Клуба самодельных компьютеров» Джобс с Возняком впервые устроили презентацию своего компьютера. Стив Джобс, оказавшийся прирождённым оратором, говорил страстно и убеждённо, обращаясь с риторическими вопросами к аудитории. Однако заинтересованность в приобретении Apple I проявил только один человек: Пол Террелл, владелец компьютерного магазина Byte, недавно открывшегося на Камино-Реал в Менло-Парке. На следующий день Джобс заявился к нему в магазин босиком — и заключил сделку, которую они с Возняком потом называли главной в их жизни. Террелл сделал заказ сразу на 50 компьютеров, но его не интересовали печатные платы, ему нужны были компьютеры в полной комплектации, и за каждый он платил 500 долларов. Джобс тут же согласился, хотя для выполнения такого заказа у них не было средств. Требовалось 15 тысяч долларов, но Джобс и тут нашёл выход из положения: 5 тысяч он смог занять у друзей, а комплектующие получил у дистрибьютора Cramer Electronics в кредит на 30 дней, причём поручителем сделал Террелла, который фактически профинансировал весь проект.

Компаньоны оккупировали дом и гараж Джобсов. Закипела работа, Стив привлёк всех, кого смог. Его друг Дэниел Коттке и беременная сестра Патти вставляли чипы, получая за это по доллару за плату. Пайку Джобс делал сам. Контроль качества и, при необходимости, устранение неисправностей, осуществлял Возняк. Через месяц заказ был готов: 50 компьютеров компаньоны поставили Терреллу, получили оплату и рассчитались по кредиту за комплектующие…

Стив Джобс стал миллионером к 25 годам, когда оказался обладателем состояния в 256 миллионов долларов. К концу жизни он был владельцем 5,426 миллионов акций Apple общей стоимостью 2,1 миллиардов долларов. Джобс также владел 138 миллионами акций Disney, которые получил в обмен на продажу студии Pixar, стоимостью 4,4 млрд долларов. Журнал Forbes в 2011 году оценил чистые активы Стива Джобса в 7 миллиардов долларов, поместив его на 39-е место в рейтинге богатейших американцев.

 

2. Советский суперкомпьютер с двумя процессорами

 

Стив Джобс и глава Microsoft Билл Гейтс - ровестники. Они стоят у истоков компьютерной революции. Им обоим принадлежит честь раньше прочих увидеть будущее, где в каждом доме находится по компьютеру. Им же довелось сыграть решающие роли в этом процессе. Но где же наши отечественные инженеры и изобретатели? Ведь в 80-е годы Советский Союз являлся главным соперником Соединенных Штатов во всем, включая собственные научные разработки. Куда делся «советский компьютер»? Отвечая на эти вопросы, я вам расскажу реальную историю одного советского изобретателя, который не смог повторить путь Стива Джобса, поскольку горбачевская «Перестройка» и неблагоприятные условия 90-х годов похоронили амбициозный проект производства первого в мире советского двухъядерного компьютера.

Начинается эта история в 1986 году, когда молодой инженер Сергей Гордеев, с отличием окончивший институт и аспирантуру, полный сил и оптимизма поступил на работу в головное предприятие ракетно-космической промышленности НПО «Энергия» в перспективной должности «Руководитель группы неразрушающего контроля» с окладом 180 рублей в месяц. В обязанности нашей группы входило обеспечение работоспособности приборов неразрушающего контроля на всех этапах производства на всей территории предприятия. В то время начали появляться первые компьютеры, которые старались использовать в ракетно-космической промышленности и ВПК. После первого знакомства с новыми компьютерами советского производства (которые только начали появляться) выяснилось, что они имеют множество недостатков, исправив которые можно значительно увеличить их производительность. Втянувшись в эту работу я подавал одно рацпредложение за другим, описывая усовершенствования и тут же внедряя их в производство. Рацпредложений было так много, что мне три раза подряд присвоили почетное звание «Лучший рационализатор предприятия».

В те времена в НПО «Энергия» существовал поощрительный закон, согласно которому трехкратному обладателю звания «Лучший рационализатор предприятия» автоматически присваивалось звание "Почетный рационализатор предприятия", вывешивался огромный портрет изобретателя на главной аллее, и вне очереди выделялась бесплатная квартира. По крайней мере, так должно было быть по закону. В то время я был молодой специалист, и премиальная квартира мне была очень нужна. Но местные профсоюзные деятели мне квартиру не дали, по-простому объяснив это тем, что закон законом, но изобретатель «молод еще». Предложили подождать лет 20-25 в общей очереди, "как ждут все остальные трудящиеся". Так молодой советский изобретатель был "поставлен на место", где ничего не светило, кроме монотонной скучной работы на долгие годы вперед.... А в это же время Стив Джобс (о котором мы тогда ничего не знали) смастерил свой первый компьютер в фанерной коробке, нашел понимание в обществе, и в 25 лет стал миллионером. При этом ему никто не говорил, что он "молод еще"...

В начале перестройки в 1989 году мы с группой молодых, но амбициозных специалистов основали свой первый кооператив с романтическим названием «Титаник». С нами работали самые лучшие специалисты-электронщики и программисты, которые, как и многие инженеры в то время, были советскими энтузиастами-романтиками, но томились без "настоящего дела" на своих скучных госпредприятиях. В то время мы были очень наивными. Пока самые хитрые "приватизировали" целые заводы, мы трудились на благо Страны, создавая передовую технику. Так, в сжатые сроки мы разработали первый в мире компьютер с двумя процессорами! Наша разработка была выполнена на базе советского серийного компьютера УК-НЦ (МС0511), который массово производился в городе Зеленограде. Этот компьютер имел неплохой внешний вид, но очень слабую электронику. Для значительного повышения производительности мы оснастили серийный компьютер УК-НЦ (МС0511) вторым процессором, создали абсолютно новое программное обеспечение, и добавили выносной измерительный модуль, способный измерять микроструктуру любых материалов. По сути, мы создали первый в мире универсальный компьютерный центр, который мог производить не только инженерные расчеты, но и заменял целую материаловедческую лабораторию. Впервые в мире для повышения производительности мы объединили два процессора - подобные разработки двухъядерных процессоров появились за рубежом лишь через 12 лет!

Известно, что любая техническая разработка требует денег. Свой первый договор на 80 тысяч "советских рублей" мы заключили с НПО «Энергия», с которым длительное время продолжалось сотрудничество. Мы поставляли компьютерный микроанализатор «Энергия» (так назывался наш прибор, в честь НПО "Энергия") на многие предприятия ракетной промышленности. В то время, курировал наш проект заместитель главного конструктора НПО "Энергия" (в последующем вице-президент этой корпорации) Филин Вячеслав Михайлович – настоящий патриот, классный специалист и руководитель высшей квалификации. Он раньше других понял важность переоснащения предприятий современной компьютерной техникой, и всячески поддерживал нашу инициативу по развитию производства отечественных чисто российских компьютеров. В то время мы стали близкими партнерами, сохранив эти отношения и по сей день. 

Дела шли неплохо. Для каждого компьютера, мы покупали комплектующие по 15-20 тыс. рублей, вносили усовершенствования, создавали новый компьютерный центр, и продавали готовую продукцию по 110-120 тыс. руб. Вся прибыль шла на развитие нашего маленького предприятия. Наша цена была очень выгодной и для потребителей: Зарубежные компьютеры такого класса стоили значительно дороже, но работали значительно хуже. Кроме дополнительного программного обеспечения для инженерных расчетов, в комплект нашего компьютера входил дополнительный электронный блок с измерительным приспособлением, который позволял измерять структуру любых материалов. Т.е. наш компьютер заменял целую материаловедческую лабораторию, и мог применяться практически на всех этапах производства для контроля качества готовых изделий. Как было отмечено ранее, первыми потребителями наших приборов стали предприятия ракетной промышленности. Причем, очередь заказов значительно превышала наши производственные возможности. Со временем появилась перспектива строительства собственного мини-завода по производству отечественных компьютеров, которые в то время значительно превосходили импортные, т.к. имели более совершенное программное обеспечение и два процессора одновременно. При этом, наш компьютер был намного мощнее и надежнее компьютеров Apple и IBM.

В то время очень популярным было слово «конверсия». Оно означало перевод военной продукции в народное хозяйство. Военные ракеты стали использовать для запусков коммерческих спутников. А танки пытались переделывать в тракторы. Однажды в охотничьем магазине я увидел пулемет «Максим» с заваренным стволом, который продавался, как обычный сувенир для украшения дома или офиса. Свою конверсию мы начали с информации о наших компьютерах в советских печатных изданиях. Первая информация была опубликована в популярном журнале "Авиация и космонавтика" №3, 1990 г., а затем появилась на обложках нескольких выпусков журнала «Советский Союз», который имел огромный тираж, переводился на 23 языка, и распространялся по всему миру. Первыми проявились американцы, немцы и англичане, которые чутко отслеживали любую информацию о советских технических новинках: Из NASA к нам срочно приехала делегация в составе трех человек, которые несколько дней изучали работу нашего прибора. Руководители концерна «Мерседес» прислали приглашение продемонстрировать наш чудо-компьютер на головном предприятии своей фирмы во Франкфурте, где в последующее время было сделано два доклада, и мы заключили предварительное соглашение о доработке нашей системы под их производство. Англичане изъявили желание быть посредниками в распространении наших компьютерных систем по всему миру (т.е. международными дилерами). В общем - наши дела шли неплохо. И все это происходило в то время, когда компьютеры Стива Джобса почти не пользовались спросом, а Билл Гейтс еще не изобрел своего Виндуса.

Но в самый неподходящий момент нас подвел очередной экономический кризис, лишив средств к существованию. Первые финансовые проблемы начались, когда 22 января 1991 Михаил Сергеевич Горбачев подписал указ, по которому прекратилось обращение денежных купюр старого образца 1961 года. В сберкассах гражданам выдавали наличными не более 500 рублей. А счета предприятий (включая и наш банковский счет) фактически обнулялись. Нас просто ограбили! Но несмотря на такую «экспроприацию» мы упорно продолжали работать. Но к середине 1993 года экономическая обстановка в стране стала совсем невыносимой: 1 доллар стоил уже 1054 рубля, а 24 июля 1993 года Центробанк выпустил очередные «новые рубли» и сообщил, что старые купюры будут просто изыматься из обращения. Любое производство стало невозможным, и в 1993 г. мы прекратили работу над двухъядерным советским компьютером. С того времени в России нет ни своих компьютеров, ни своей электронной промышленности.

P.S.

В то время многие специалисты либо уезжали из страны, либо уходили в непроизводственную коммерцию. На госпредприятиях зарплата была мизерной, да и платили ее крайне не регулярно. После продолжительного периода работы в непредсказуемых условиях "перестройки" наши специалисты разбрелись кто куда. Высококласные инженеры стали торговать китайскими компьютерами на радиорынках. Некоторые уехали работать за границу, поскольку там была более благоприятная обстановка для научно-технического творчества. Электронная промышленность страны окончательно развалилась, на смену советским технологичным изделиям пришел массовый китайский ширпотреб. 

 

 

3. Проект «Комета» - новая история со старыми результатами

 

В 2005-6 годах в России в очередной раз резко поменялись приоритеты. Политическое руководство осознало необходимость возрождения научно-технического потенциала. С высоких трибун стали звучать заявления о необходимости возврата опытных специалистов, которые ушли с госпредприятий в коммерцию. И в третий раз наши инженеры поверили государству и решили, что могли бы принести определенную пользу в ракетной промышленности. Нам очень захотелось создать такую ракету, которой нет в мире! Чтобы и летала по-другому, и была бы намного эффективнее.

Как-то раз, меня пригласил к себе старый друг и наставник, вице-президент ракетной корпорации «Энергия» Филин Вячеслав Михайлович (курировавший в 90-х годах, описанный выше проект российского суперкомпьютера), и в беседе выяснилось, что наши мысли о новой ракете полностью совпадают.  Так появился проект «Комета», для осуществления которого было создано новое предприятие – ЗАО «РК Старт» (или Ракетная корпорация «Старт»), которое стало настоящим магнитом для лучших специалистов и руководителей ракетной промышленности, которые хотят работать по-настоящему, но не видят никаких дальнейших перспектив в старой полуразвалившейся системе.

И снова мы с энтузиазмом взялись за дело: В короткие сроки стали участниками проекта «Сколково», собрали звездную команду лучших специалистов, разработали новую структуру предприятия и производственных отношений. На развитие проекта мы получили небольшой грант в Сколково, и неплохую финансовую поддержку от частных инвесторов. Один из соучредителей нашего предприятия Александр Тукацинский побывал на приеме у председателя ВПК, члена Правительства Дмитрия Олеговича Рогозина, обсудил с ним проект и получил его одобрение.  Потом начались бесконечные хождения по инстанциям, в процессе которых мы выяснили множество удивительных вещей. Иногда ситуация доходила до абсурда. Вот три примера:

1. В апреле 2014 г. из Правительства Российской федерации в Роскосмос поступило указание рассмотреть наш проект ракеты-носителя нового поколения. После этого из Роскосмоса нами получено три взаимно-противоречивых письма, подписанных начальником Управления средств выведения А.В. Мазуриным. Первое письмо сообщало, что срок рассмотрения нашего обращения в Правительство РФ «для подготовки ответа по существу» продлевается на 1 месяц (Исх. № УСВ-4533 от 30.05.2014 г.). Затем, после двух месяцев рассмотрения было получено «мотивированное» заключение о том, что Роскосмос считает «необходимым проведение дополнительных исследований и расчетов» и на данном этапе проект «Комета» не представляет интереса (Исх. № УСВ-5342 от 26.06.2014 г.). Затем, еще через 2 месяца нами получено не менее удивительное письмо Роскосмоса с просьбой выслать техническое описание проекта «Комета», которого, как выяснилось, в Роскосмосе нет. (Исх. № УСВ-6540 от 01.08.2014 г.). Т.е. получается, что в Роскосмосе сначала составили «мотивированное» экспертное заключение с критикой проекта. А потом выяснилось, что проекта-то они не видели, т.к. забыли запросить его описание.

Спустя полгода специалисты Роскосмоса снова проявили свои выдающиеся творческие способности, написав в ответном письме от 27.01.2015 г. свое мнение о нашем проекте на каком-то непонятном, явно не русском языке. Цитирую дословно: "Проект в отношении реализуемости не вызывает серьезных вопросов, в отношении актуальности не выдерживает испытаний... при этом не исключается возможность его реализации по коммерческим программам". К этому нечего добавить. Как они могут строить ракеты, если даже по-русски говорить разучились! 

2. Не менее интересная интрига получилась в Министерстве Обороны РФ. Здесь подошли к вопросу более профессионально, и сразу запросили техническое описание предлагаемого проекта. После детального изучения наших предложений проект получил весьма высокую оценку, и был поддержан несколькими авторитетными генералами – начальниками главных управлений. Проект «Комета» был рекомендован генерал-майором Е.Ф. Чердаковым (исх. № 306/953 от 11.12.2013 г.) для рассмотрения в НТС ВПК, где по личному указанию Ю.М. Михайлова в 28.04.2014 г. было проведено совещание, в котором тоже не обошлось без ляпсусов со стороны приглашенных специалистов из ведомственных НИИ, которые по привычке попытались забраковать наш проект, не мотивировав это ничем, кроме своего "авторитетного мнения". Вообще профессиональные "способности" специалистов ряда ведомственных НИИ вызывают большие сомнения, поскольку эти "ракетостроители" неплохо научились дурачить государство, создавая видимость своей бурной деятельности... После рассмотрения в НТС ВПК наш проект ракеты-носителя прошел длинную цепочку бюрокроатических инстанций. За это время, в течение одного года в Минобороны РФ произошли три смены руководителей главных Управлений. Произошло слияние двух «конкурирующих» управлений в одно (были объединены «Информационно-аналитический центр» и «Главное управление научно-исследовательской деятельности»). И, после очередной кадровой перестановки в Минобороны, наш проект из разряда «очень перспективных» практически без рассмотрения попал в разряд «не актуальных». Вероятно это произошло потому, что очередной начальник захотел начать свою личную карьеру "с чистого листа", уничтожая без разбора все, что до него сделали его предшественники. Под эту "чистку" попал и наш проект...

3. На вышеупомянутом совещании в НТС ВПК при Правительстве Российской Федерации, которое состоялось 28 апреля 2014 г. по личному указанию руководителя НТС Ю.М. Михайлова под председательством ответственного секретаря С.М. Алфимова, произошли весьма удивительные события. Сначала все шло, как положено.  Присутствующий представитель Минобороны аргументировано поддержал проект новой ракеты, объяснив, что он очень актуален, поскольку не имеет аналогов в России и за рубежом. Затем представители ЦНИИмаш (наши конкуренты) зачитали свои заготовленные заранее шаблонные «заключения» о том, что «проект сырой и требует доработки». С ними никто не спорил – любой новый проект требует доработки. Но через три часа совещания выяснилось, что наши оппоненты кроме общих фраз ничего конкретного сказать не могут, т.к. проект просто не читали. Поняв это, председатель совещания НТС ВПК сильно удивился и... перенес заседание на неделю, чтобы приглашенные специалисты хотя бы ознакомились с обсуждаемым проектом. Спустя несколько дней (благодаря интригам одного аффелированного представителя Роскосмоса) повторное совещание НТС ВПК отменили совсем «от греха подальше». Очевидно, чтобы  "специалисты" из ведомственных НИИ опять чего-нибудь не учудили. На скорую руку был составлен протокол прошедшего собрания, в котором содержались указания для Минобороны и главных конструкторов ряда предприятий ракетной промышленности максимально подробно изучить наш проект. Однако эти указания так и не были выполнены, и, как обычно, затерялись в долгой бюрократической переписке. 

Мобильная и десктоповая версии нашего цифрового анализатора 2016 г.

 

 

4. Мнение лауреата Нобелевской премии

Жорес Иванович Алфёров – единственный лауреат Нобелевской премии, живущий сейчас в России. 85-летний физик дал интервью телеканалу «Санкт-Петербург», в котором прозвучали очень интересные заявления. Интервьюер задал академику вопрос о причинах отставания российской науки, и получил такой ответ: «Развал Советского Союза есть удар под корень по экономике, по жизни, по всему абсолютно». По словам Жореса Алфёрова, есть «один единственный мирный способ возрождения страны: Это возрождение высокотехнологичных отраслей экономики и, следовательно, востребованность науки, научно-исследовательских разработок».

После этих слов интервьюер решил уточнить, не являются ли гиперболой (преувеличением) слова Алфёрова о том, что если бы не развал СССР, iPhone бы изобрели у нас. Вот что ответил лауреат Нобелевской премии: «Что основа в iPhone в конечном счете? Это элементная база. Кремниевые чипы – да, они впереди. Могло быть и у них. Но мы повторяли их с небольшим отставанием. А дальше – СВЧ-транзистор на гетероструктурах, использование всякой светодиодной техники. Гетероструктуры мы сделали раньше. Мы опытное производство сделали раньше. Я не могу сказать, что мы раньше, но мы могли делать iPhone одновременно. И могли производить не уступающий по своим параметрам. Для этого, конечно, нужно было иметь не только ту базу, которую мы имели, но и несколько менять свой подход. Везде нужно пользоваться и тем, и другим.» Отметим, что именно за упомянутые Алфёровым гетероструктуры он и получил свою Нобелевскую премию. В настоящее время Жорес Иванович является депутатом Государственной думы России от КПРФ. И как настоящий коммунист он свято верит в то, что говорит. К сожалению правильные слова и вера не всегда соответствуют реальным возможностям, которые предоставляет действующая система. И наша история о советском компьютере, описанная выше, это подтверждает.

P.S.

В последнее время практически все руководители государства в той или иной форме высказывают мнение, что в России уже не хватает специалистов высокой квалификации. Лучшие инженеры уезжают работать за границу. Как-то в телевизионном интервью опросили студентов московского ВУЗа о планах на будущее - большинство заявили, что не планируют работать по специальности и, если будет возможность, собираются уехать за границу. Другой факт - в настоящее время в России живет всего один лауреат Нобелевской премии! А где остальные?

Чтобы исправить любую ситуацию - нужно ее понимать. Наш опыт хождения по инстанциям показывает, что полноценной государственной поддержки творческой инициативы в России не существует. За многие годы существования многочисленные научно-технические предприятия срослись в огромные монополии, которые неплохо себя финансируют из государственного бюджета, и совсем не заинтересованы в каких-либо переменах. Куда пойти изобретателю с новой идеей или с новым проектом, если в сложившейся системе ему нет места? Для борьбы со злоупотреблениями монополий в государстве существует "Фелеральная антимонопольная служба России". Однако ее влияние не распространяется на работу многочисленных научных организаций, которые пользуясь своей безнаказанностью создали весьма хитроумную систему лоббирования собственных интересов в ущерб государственным. Для преодоления существующих проблем в науке (включая кадры) необходима реально независимая государственная организация, которая могла бы навести порядок в существующей ситуации и обеспечить более благоприятную обстановку для научного творчества. С данной инициативой мы вышли в Правительство Российской Федерации. В настоящее время идет рассмотрение нашего предложения... В своем интервью Жорес Иванович немного лукавит, утверждая, что в Советском Союзе могли изобрести iPhone. Любая разработка начинается с идеи, которая появляется в сознании изобретателя. Представим российского Стива Джобса, который бы попытался осуществить у нас свое изобретение. В итоге получилась бы история, похожая на историю первого в мире советского двухъядерного компьютера, описанная выше.

 

5. Эпилог:

Если бы Стив Джобс жил в России, то он бы занимался не бизнесом и творчеством, а тратил бы все свое время на преодоление всевозможных бюрократических препятствий. Стив был эмоциональным человеком. После очередной глупой беседы с каким-нибудь "ученым секретарем" он бы просто забросил все свои проекты, купил бы билет в один конец, и уехал бы в отдаленный буддистский храм медитировать и изучать восточную философию. При  этом трудно представить, каким бы скучным был мир без его изобретений… Но Стив Джобс не русский человек! Он никогда не жил в России. Наш русский изобретатель - самый выносливый в мире: Несмотря на полное отсутствие благоприятных условий, его надежда всегда умирает последней!

 

Кнопка "Пуск" с логотипом компании Microsoft

С.В. Гордеев 1989-2015 г.